Эмиль · фото с согласия семьи
Восемь лет назад в нашей семье родился долгожданный сын Эмиль. К полутора годам мы стали понимать, что с нашим ребёнком что-то не так. Он не разговаривал, ему не был интересен окружающий мир, он не играл в игрушки, как другие дети, — зато крутил колесо от игрушечной машинки, выстраивал предметы в ряд, пересыпал из коробки на пол и обратно мелкие игрушки.
Привлечь его внимание, увлечь игрой или книжкой было невозможно. В свою «игру» он не впускал никого, предпочитая оставаться в одиночестве. «На своём языке что-то болтает? Значит, заговорит! Сейчас все дети поздно начинают…» — успокаивали нас вокруг.
Но, послушав внутренний голос, который становился всё громче, мы погрузились в бесконечные поиски врачей и исследования. Прошли все круги ада. Когда Эмилю поставили диагноз «расстройство аутистического спектра», наша жизнь разделилась на «до» и «после».
Несколько лет назад бабушка Эмиля сказала простую, но глубокую фразу: «Я никогда не могла себе представить, что у меня будет такой особенный внук». Всегда кажется, что это может произойти где угодно, но только не в твоей семье. Не застрахован никто.
Поэтому одна из главных целей Фонда — просвещение: когда родители таких детей чувствуют поддержку и эмпатию общества, у них словно вырастают крылья за спиной.
